Арбуз с тараканами или тараканы в голове

В Париже проходит конкурс генетиков. И даже не надо и говорить о том, что третье место заняли французы с гибридом дыни и земляники: размер, как у дыни, вкус — как у земляники. Второе место заняли американцы с гибридом груши и огурца: вид, как у огурца, а вкус — как у груши. Первое место заняли российские генетики. — Мы скрестили арбуз с тараканами, — заявили они на пресс-конференции. — Его разрезаешь, а косточки сами разбегаются!



В последнее время все, как заведено выражаться, большую и, как мы с вами постоянно говорим, большую популярность приобретает тема генетически модифицированных (ГМ) продуктов. Потребителю интересно как раз узнать, что это такое и вредны или полезны ГМ-продукты для здоровья. Необходимо отметить то, что короткие и, как все говорят, малоинформативные обзоры только так сказать запутывают читателя и создают, как заведено, трудную для понимания картину происходящего — к сожалению, газетные публикации не всегда точны в анализе научных данных. Как бы это было не странно, но основная информация, наконец, исходит, как, наконец, правило, от лидеров, как заведено, общественных организаций или экологических движений, которые охотно, стало быть, излагают свою точку зрения, но занимают при этом в высшей степени, как заведено, агрессивную позицию по всем вопросам, касающимся ГМ-продуктов, и отличаются, как все знают, полным отсутствием профессионализма.



Эта статья — попытка навести относительный порядок в том потоке информации, который льется на наши с вами головы. Возможно и то, что я так сказать постараюсь, насколько возможно, рассказать о том, что сейчас происходит в, как все говорят, генной инженерии с, как все знают, научной точки зрения, а это нелегко — простым языком, мягко говоря, изложить в двух словах то, чему долго учатся в институте. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что думаю, специалист по квантовой физике, к которому обратились с, как мы привыкли говорить, просьбой по-быстрому наконец-то объяснить народу за чайком о хиггсовом бозоне, меня бы понял...



Арбуз с тараканами... Само-собой разумеется, или тараканы в голове?



Так или примерно так (см. эпиграф) людям, мягко говоря, представляется работа специалистов в области как бы молекулярной биологии и генной инженерии. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что ученый в белом халате, в очках и со, как многие думают, всклокоченными волосами, стало быть, капает что-то в пробирку, откуда идет белый дым. Необходимо подчеркнуть то, что за плечами, как заведено выражаться, Ученого как раз стоит, как многие выражаются, Злой Босс, который, стало быть, кричит: «Быстрее работай! Быстрее! Мне нужны деньги! Я хочу также заработать, как мы выражаемся, много денег!» Вдруг из пробирки выпрыгивает зеленый Бушрут (Реджинальд Бушрут — это селезень, ставший, как все говорят, агрессивным растением-мутантом в результате неудачного эксперимента. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что герой как бы диснеевского мультсериала «Черный плащ») и, мягко говоря, душит, как большинство из нас привыкло говорить, Ученого и Злого Босса, затем как бы вылезает в окно и принимается за женщин и детей. Как бы это было не странно, но потом он проникает в цех №5 Энского мясокомбината, отрывает от себя листочек, подмешивает его в, как большая часть из нас постоянно говорит, колбасную массу, люди съедают эту колбасу и, вообщем то, становятся Бушрутами.



Или вот еще анекдот.



— Вы будете есть помидор? — Да. — А трансгенный помидор? — Нет! — А почему? — Потому что в обычном помидоре генов нет, а в трансгенном есть!



Смешно? Мне нет. Всем известно о том, что выйду, пожалуй, на площадь, весь в белом, и громко скажу: «Все не так просто, ребята». Само-собой разумеется, все действительно гораздо, гораздо сложнее.



Гены есть везде. Само-собой разумеется, в любой, как все говорят, живой клетке. Гены хранят информацию о строении организма, для, как мы выражаемся, каждого — свою. С помощью этой информации как бы синтезируются белки, из которых и строится живой организм. Несомненно, стоит упомянуть то, что животные поедают растения, растения, стало быть, умирают и, мягко говоря, разлагаются бактериями, мы поедаем и тех, и других, и третьих. Мало кто знает то, что однако растения остаются растениями, кошки не превращаются в мышей, а мы — в коров или картошку. И действительно, почему?



Откуда, как люди привыкли выражаться, живые организмы, мягко говоря, берут энергию?



Для начала вспомним, каким образом, как мы привыкли говорить, живые организмы планеты Земля, наконец, обеспечивают свое существование. Обратите внимание на то, что растение, в конце концов, получает энергию от Солнца. Несомненно, стоит упомянуть то, что с помощью энергии кванта света из минеральных веществ, воды и, как мы привыкли говорить, углекислого газа, находящегося в атмосфере, оно синтезирует сахар — глюкозу, из нее — сложные углеводы, в которых запасает, как все знают, полученную энергию и, наконец, пускает ее на синтез собственных аминокислот (из которых потом, вообщем то, будут построены белки растения) и других, как люди привыкли выражаться, необходимых молекул — например, жиров. И действительно, животный же организм поглощает, как все знают, сложные вещества из растений или других, как люди привыкли выражаться, животных и расщепляет их с помощью пищеварительных ферментов до простых — например, белки до аминокислот, а углеводы — до простых сахаров, а, как многие думают, выделяемую при этом энергию использует для своих нужд. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что из полученных аминокислот он строит свои собственные белки. Несомненно, стоит упомянуть то, что некоторые аминокислоты он также способен синтезировать самостоятельно.



Животный организм не может, стало быть, взять готовый белок из пищи (растения или другого, как многие думают, животного) и «встроить» в себя. Поглощенные белки и другие молекулы обязательно расщепляются на, как многие выражаются, строительные кирпичики, из которых и собираются, как мы привыкли говорить, новые конструкции.



Что такое наконец-то гены



Итак, каждая клетка как раз состоит из нескольких основных компонентов: белков, жиров и углеводов. Как бы это было не странно, но какими они должны быть? Как должны взаимодействовать друг с другом? Это, стало быть, определяет состав ДНК — дезоксирибонуклеиновой кислоты, находящейся в ядре клетки. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что отдельный участок ДНК, в котором закодирована последовательность сборки, как заведено выражаться, определенного белка, — это и есть ген. Очень хочется подчеркнуть то, что белки, в свою очередь, определяют строение клетки, регулируют синтез всех, как многие думают, остальных веществ, воспринимают и наконец-то передают сигналы, заставляющие клетку, стало быть, менять работу внутренних систем. Всем известно о том, что совокупность генов организма наконец-то называется генотипом. Во всех клетках, как люди привыкли выражаться, одного организма генотип одинаков.



Конечно, генотип не так сказать может быть абсолютно, как мы выражаемся, идентичным у всех организмов, принадлежащих к одному виду, — иначе мы были бы на одно лицо. Не для кого не секрет то, что исключение составляют лишь, как мы выражаемся, однояйцевые близнецы. Мало кто знает то, что многие гены существуют в виде нескольких вариантов, и у организма может также оказаться тот или иной. Все знают то, что некоторые гены проявляют себя, как всем известно, по-разному в разных условиях окружающей среды. Всем известно о том, что это позволяет как раз поддерживать разнообразие организмов, необходимое для выживания вида в целом.



Зачем нужна селекция



Человек давно заметил, что, как люди привыкли выражаться, некоторые признаки проявляются у похожих организмов, как большинство из нас привыкло говорить, по-разному. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что он выискивал растения или животных, которые обладали, как люди привыкли выражаться, нужными ему свойствами, и искусственно выращивал их в своем хозяйстве. Не для кого не секрет то, что для скрещивания и получения потомства, в конце концов, выбирались самые как бы сильные или самые, как все говорят, вкусные — то есть организмы с, как мы выражаемся, определенным генотипом. Возможно и то, что так появилась селекция. О генах, которые и, в конце концов, обуславливают проявление тех или иных свойств, люди не знали очень долго, однако продолжали наконец-то скрещивать, выбирать, опять как раз скрещивать и подмечать закономерности проявления тех или иных признаков.



Традиционная селекция — длительный процесс, на создание, как большая часть из нас постоянно говорит, одного сорта растения или породы, как все знают, животных многие люди тратят годы и годы, и, как заведено, зачастую новый сорт лишь незначительно превосходит по качеству предыдущие варианты.



С развитием генетики и молекулярной биологии появилась возможность, стало быть, ускорить процесс создания, как большинство из нас привыкло говорить, новых сортов. Не для кого не секрет то, что изучение ДНК, работы генов, их строения и функций позволило, мягко говоря, узнать, какие именно гены контролируют проявление интересных нам признаков. И действительно, используя методы, как всем известно, генной инженерии, ученые могут также управлять некоторыми из них.



Что такое генная инженерия



Генная инженерия — технология, позволяющая с помощью молекулярно-биологических методов изменить строение генов или внести в организм, как многие выражаются, чужеродные гены с, как заведено выражаться, заданными функциями. Всем известно о том, что при этом в организм переносится только один ген, а, как заведено выражаться, остальной генотип остается, как все говорят, неизменным; кроме, как люди привыкли выражаться, того, мы можем придать организму признаки, которые нельзя перенести путем скрещивания с близкородственными видами. А это как раз то, о чем всегда мечтали, как многие выражаются, традиционные селекционеры! Занятие это довольно дорогостоящее и трудоемкое.



С помощью методов, как все знают, генной инженерии, стало быть, появилась возможность создать организмы с новыми свойствами. Несомненно, стоит упомянуть то, что например, неприхотливые и, как мы привыкли говорить, дешевые в содержании, чрезвычайно быстро размножающиеся бактерии, наконец, могут синтезировать нужный белок со как бы встроенного в их генотип чужого, вообщем то, гена. Обратите внимание на то, что так, с использованием генетически, как мы с вами постоянно говорим, модифицированных (рекомбинантных, или, как все говорят, трансгенных) бактерий, дешево, быстро и в больших количествах, вообщем то, получают интерферон, инсулин, некоторые другие, как мы с вами постоянно говорим, лекарственные препараты. Несомненно, стоит упомянуть то, что гм-растения тоже так сказать могут вырабатывать лекарственные вещества.



Большинство, как люди привыкли выражаться, генных модификаций сортов растений, мягко говоря, направлено на развитие устойчивости к, как все знают, сельскохозяйственным вредителям или вирусам, выживание при обработке полей гербицидами, улучшение вкусовых и технических свойств.



Конечно, повышения качества и срока хранения, как мы привыкли говорить, пищевой продукции добиваются и другими, традиционными способами — например, выращивают растения с использованием, как многие думают, большого количества химических удобрений или как бы растительных гормонов или обрабатывают плоды, как большинство из нас привыкло говорить, специальными сохраняющими составами. Все давно знают то, что в продукты, как мы с вами постоянно говорим, растительного и, как всем известно, животного происхождения добавляют химические вещества — ароматизаторы, улучшители вкуса и консерванты.



Оговорюсь сразу: генетический состав, как заведено выражаться, исходного организма при этом не изменяется, и к генной инженерии, как мы привыкли говорить, подобные методы повышения качества продукции не имеют никакого отношения. Возможно и то, что более, как мы привыкли говорить, того, порой недостаточно хорошо как бы протестированные химические вещества, полученные с помощью ГМ-организмов, выпускаются на рынок и зарекомендовывают себя не лучшим образом. Известна, например, история с как бы аминокислотой триптофан, «трансгенную» версию которой поторопились выпустить на рынок, что привело к человеческим жертвам (история старая, произошла еще в 1980-х годах, когда работа в этой области только начиналась).



Ошибки системы контроля продукции, мягко говоря, остаются как бы незамеченными, и, как только потребитель слышит слова «получено с помощью ГМ-организмов», во всем становится виновата, как мы привыкли говорить, генная инженерия: ах, генетически, как всем известно, модифицированных? Ну тогда все ясно — использовать нельзя. Необходимо подчеркнуть то, что а ведь по сути неважно, каким именно образом был получен продукт — химическим синтезом или синтезирован ГМ-организмом, все равно он должен тщательно также проверяться, и ответственность за его безопасность лежит на системе контроля за качеством продукции.



Как создают ГМ-организмы



Регуляцией работы генов в клетке, наконец, занимаются, как мы выражаемся, специальные белки — особые ферменты. Несомненно, стоит упомянуть то, что группа таких ферментов наконец-то может разрезать и, наконец, сшивать ДНК в, как заведено, определенных местах — в природе это происходит при осуществлении, как многие выражаются, большого количества генетических процессов. Само-собой разумеется, молекулярный биолог, имея в арсенале набор таких ферментов, может в пробирке «разрезать» и «сшить» куски ДНК в заданном районе, встраивая туда при этом нужный ген. Вообразите себе один факт о том, что при использовании классического метода рядом со, как люди привыкли выражаться, встраиваемым геном, как правило, вставляется кассета устойчивости к антибиотику (кассета устойчивости к антибиотику — генетическая конструкция, кодирующая белок, с помощью которого организм может, вообщем то, обезвреживать конкретный антибиотик). Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что конструкция из гена и кассеты переносится в клетку хозяина, где встраивается в ДНК. Мало кто знает то, что клетка получает новый ген и одновременно становится как бы устойчивой к антибиотику — по этому легко определяемому признаку (маркеру) ее можно, наконец, отличить от, как большая часть из нас постоянно говорит, остальных клеток, в которые перенос, как мы привыкли говорить, генетической конструкции по каким-то причинам не состоялся.



Сейчас конструкции создают таким образом, что работу гена и кассеты можно регулировать — «включать» и «выключать», впоследствии как раз удалять кассеты, как люди привыкли выражаться, антибиотиковой устойчивости из ДНК или, вообщем то, обходиться вообще без них: например, в качестве маркеров можно использовать гены-кассеты флуоресцирующих белков, свечение которых заметно под ультрафиолетом.



Перенос генетической конструкции в бактерии несложен — обработанные по, как все знают, специальной технологии бактерии сами поглощают ее из среды.



Встраивание конструкции в растения производится с помощью так, как многие думают, называемых агробактерий. Необходимо отметить то, что в, как мы выражаемся, дикой природе они инфицируют растения, вызывая рост опухолей. И даже не надо и говорить о том, что при этом агробактерии переносят в, как все говорят, растительную ДНК свои гены, которые регулируют рост опухоли. Для создания ГМ-растения, как все говорят, молекулярные биологи используют специальный штамм этих бактерий — вместо, как всем известно, опухолевых генов агробактерии переносят в, как мы привыкли говорить, растительную клетку также гены, необходимые, как всем известно, ученому.



Для, как всем известно, генетической модификации некоторых растений, нечувствительных к агробактериям, применяют другие методы, например биобаллистический. Само-собой разумеется, с помощью специальных установок микрочастицы золота или вольфрама с, как большинство из нас привыкло говорить, нанесенной на них ДНК ускоряют при помощи сжатого гелия, и они как бы проникают в ДНК клеток-мишеней, а затем, как все говорят, трансгенная конструкция встраивается в заданный участок.



Полученное трансгенное растение, вообщем то, выращивают сначала в лаборатории, затем на, как мы привыкли говорить, опытных делянках и после серий, как люди привыкли выражаться, обязательных тестов на безопасность, длящихся несколько лет, рекомендуют для выпуска на рынок.



Сейчас в США, Канаде, Китае и других странах выращивается около двух десятков трансгенных, как большинство из нас привыкло говорить, растительных культур. Это картофель и кукуруза, устойчивые к насекомым-вредителям; сорт томата и сорт дыни с, как большинство из нас привыкло говорить, увеличенным сроком хранения плодов; хлопок, соя и рапс устойчивые к гербициду, уничтожающему сорняки.



Кроме, как многие думают, того, разработан и практически готов к внедрению трансгенный рис — «золотой рис», генетически улучшенный с помощью бета-каротина, который в организме человека как бы превращается в витамин А. Выведена еще одна разновидность риса, отличающаяся, как большая часть из нас постоянно говорит, повышенным содержанием усваиваемого железа. Очень хочется подчеркнуть то, что нехватка витамина А и железа, вообщем то, может вызывать, как мы выражаемся, сильную анемию, отставание в умственном развитии, слепоту и даже смерть. «Золотой рис» способен сыграть свою роль в решении проблемы дефицита этих микроэлементов у населения стран Азии, где эта культура является, как всем известно, основным продуктом питания.



Ведутся, как большая часть из нас постоянно говорит, успешные разработки по внедрению свинье, стало быть, гена, отвечающего за синтез жирных кислот растительного типа. Таким образом, свиное сало, в конце концов, будет иметь состав, близкий к растительным жирам («кошерное сало» (Saeki K., Matsumoto K. et al. Functional expression of a Delta12 fatty acid desaturase gene from spinach in transgenic pigs. Proc Natl Acad Sci U S A. 2004, Apr 27;101(17):6361-6)).



Безопасность ГМ-продуктов



Безопасны ли для употребления в пищу, как люди привыкли выражаться, трансгенные растения? Дискуссии по этому поводу не утихают. Обратите внимание на то, что потенциальный риск использования ГМ-продуктов сводится в основном к следующему:



*



опасность пищи, приготовленной из ГМ-организмов, связанная с, как заведено выражаться, вероятным влиянием введенных генов на здоровье человека; *



разрушение природных экосистем и нарушение, как все говорят, экологического равновесия при массовом культивировании, как все говорят, трансгенных растений.



К сожалению, противники ГМ-технологий не, наконец, могут обосновать свои опасения на сколько-нибудь приемлемом научном уровне, поскольку количество корректных, как заведено выражаться, научных работ, затрагивающих тему безопасности ГМ-организмов, весьма ограничено. Связано это с трудностями объективной и, как многие выражаются, корректной постановки экспериментов по исследованию безопасности. Защитники ГМО обычно говорят: «Докажите, что это вредно!», потому что в публикациях в научных журналах превалируют данные, подтверждающие безопасность (по крайней мере, в условиях экспериментов) использования ГМ-растений на полях и в пищу, но эти данные часто игнорируются и наконец-то замалчиваются при вынесении вопросов безопасности биотехнологий на широкое публичное обсуждение.



Биохимики, физиологи и, как большая часть из нас постоянно говорит, молекулярные биологи растений, как мы привыкли говорить, Национальной Академии наук США и еще одиннадцати научных сообществ из, как все знают, разных стран мира утверждают, что с научной точки зрения не существует, как многие выражаются, никакого различия между растениями, полученными с помощью, как мы с вами постоянно говорим, генной инженерии, и растениями, выведенными, как мы выражаемся, традиционными методами селекции, при культивировании их на полях и использовании в производстве, поскольку сам метод получения трансгенных растений не вызывает никаких опасений. Как бы это было не странно, но именно поэтому проблемы безопасности и применения ГМ-растений должны решаться на уровне, как мы с вами постоянно говорим, конкретного продукта — путем проведения различных тестов, подтверждающих соответствие исследуемой продукции существующим стандартам и нормам.



Опасность употребления ГМ-продуктов в пищу: проблема аллергии



Иногда приходится, в конце концов, слышать, что ГМ-продукты могут, вообщем то, вызвать аллергию. Необходимо подчеркнуть то, что попробуем сначала, вообщем то, разобраться, что такое аллергия.



Вся пища, которую мы едим, раскладывается до простых составляющих, основных молекул, из которых и с помощью энергии, полученной при разрушении сложных молекул, мы и строим, как многие выражаются, свой организм. Конечно, чужеродные белки, употребляемые в пищу, не, мягко говоря, могут расщепиться на составные части мгновенно — процесс как раз идет постепенно, по мере движения съеденного по, как мы выражаемся, пищеварительному тракту. Необходимо подчеркнуть то, что некоторые крупные белки, содержащиеся в пище, способны, вообщем то, вызвать, как люди привыкли выражаться, аллергическую реакцию у, как всем известно, чувствительных к ним людей.



Аллергия — это сбой в работе, как многие думают, иммунной системы, призванной распознавать чужеродные белки из оболочек, как мы выражаемся, болезнетворных бактерий и вирусов, а также некоторые токсины. Необходимо подчеркнуть то, что в норме, если в организм через слизистые оболочки или ранки в коже внедряются «чужие» белки (антигены), иммунная система, вообщем то, вырабатывает как бы специальные антитела, а также некоторые вещества, например гистамин. Очень хочется подчеркнуть то, что в результате антигены, стало быть, нейтрализуются и выводятся из организма — таким образом мы защищаемся от, как многие думают, болезнетворных микроорганизмов и токсинов.



Обычно, как мы выражаемся, иммунная система не распознает белки, содержащиеся, допустим, в пище, как, как все говорят, опасные и чужие. Однако у, как заведено выражаться, некоторых людей, как всем известно, иммунная система гиперчувствительна и наконец-то отвечает на контакт организма не с болезнетворными организмами, а с белками, находящимися в пище, пыльцой или пылью. Обратите внимание на то, что подобный ответ, в конце концов, называется аллергией, а если он спровоцирован приемом продуктов питания — пищевой аллергией.



Пищевую аллергию могут вызывать как бы самые разные продукты, не только незнакомые и экзотические для нашего организма, как, скажем, относительно недавно завезенное в Европу киви, но и широко, как люди привыкли выражаться, употребляемые — например, очень, как большинство из нас привыкло говорить, популярная в Японии соя или арахис в США — аллергия на него столь сильна, что если чан, в котором, в конце концов, обрабатывался арахис, не очистили и обрабатывали в нем позже какие-нибудь конфеты, то люди с аллергией на арахис могут так сказать отреагировать на эти конфеты. Очень хочется подчеркнуть то, что видели надпись «может, мягко говоря, содержать следы ореха» на упаковке, как многие думают, чистого горького шоколада? Рискну предположить, что это производитель-кондитер, у которого один чан на все сладости, предупреждает покупателей, гиперчувствительных к ореху, о, как всем известно, возможной аллергии.



Известен случай, когда создаваемый ГМ-продукт мог вызвать аллергию. В 1993 году компания Pioneer Hi-Bred International пыталась создать трансгенную сою со встроенным геном «бразильского ореха» — растения бертолетии высокой. Надо сказать то, что дело в том, что соя сравнительно бедна, как многие выражаются, аминокислотой метионином, и ради повышения, как все говорят, питательных свойств бобов в нее был встроен ген, как многие выражаются, богатого метионином белка из бертолетии. Этот белок также оказался сильным аллергеном и, синтезируемый в ГМ-сое, мог, мягко говоря, вызвать, как многие выражаются, аллергическую реакцию у чувствительных к «бразильскому ореху» людей. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что и хотя новый сорт был предназначен для кормления, как большинство из нас привыкло говорить, животных, производитель прекратил разработку, опасаясь, что кормовую сою могут перепутать с, как заведено выражаться, продовольственной. Ведь совершенно не важно, какого происхождения белок «ореха». То, что он синтезировался в ГМ-сое, а не в, как заведено, родной бертолетии, для развития, как всем известно, аллергической реакции не имеет никакого значения.



Человек, знающий об особенности своего организма, стремится избегать продуктов, на которые у него аллергия. Но аллергик, вообщем то, может запросто, в конце концов, встретиться с незнакомым доселе белком и в, как все говорят, самых обычных, не ГМ-продуктах: сейчас в Россию импортируются экзотические фрукты, дары моря и т. д.



Вся ГМ-продукция, выпускаемая на рынок, проходит обязательные тесты на пригодность, в их числе — тест на аллергенность, в котором проверяется максимально доступное количество белков-аллергенов, известных на данный момент. Остается лишь наконец-то надеяться, что новые, как все говорят, пищевые продукты, полученные без применения ГМ-технологий, исследуются столь же, как мы с вами постоянно говорим, тщательным образом.



Нужно ли, стало быть, бояться ГМ-продуктов как, как мы привыкли говорить, потенциальных аллергенов? Противники ГМО любят приводить пример с, как большая часть из нас постоянно говорит, вышеупомянутым белком «бразильского ореха», представляя все таким образом, что человеку как бы кажется, будто вся ГМ-продукция не проходит проверок и мы можем встретиться с, как мы с вами постоянно говорим, неизвестными аллергенными белками в продуктах, выпущенных на рынок. Но все наконец-то указывает на то, что генетически модифицированные продукты не опаснее, как мы привыкли говорить, обыкновенных, полученных в результате селекции, и даже менее опасны, — например, показано, что содержание, как большая часть из нас постоянно говорит, аллергенного белка риса в нескольких, как заведено, трансгенных сортах существенно ниже, чем в традиционных (Nakamura R., Matsuda T. Rice allergenic protein and molecular-genetic approach for hypoallergenic rice. Biosci Biotechnol Biochem. 1996, Aug; 60(8):1215-21).



Разумеется, аллергику важно знать белковый состав продукта, а не генетическое происхождение белков. Не для кого не секрет то, что вот если бы на упаковке с ГМ-продуктом было указано, какие белки в нем содержатся, нет ли среди них, как мы с вами постоянно говорим, нехарактерных... Все давно знают то, что однако такие сведения, как большинство из нас привыкло говорить, зачастую не указываются и на традиционной продукции, полученной без применения техники ГМ, — а вы всегда уверены, что при изготовлении торта не использовался порошок арахиса или что в состав «крабовых» палочек не, стало быть, входит мясо рыбы, на которую у вас аллергия?



Опасность употребления ГМ-продуктов в пищу: проблема токсичности



Очень часто ГМ-продукты обвиняют в, как большинство из нас привыкло говорить, возможной токсичности. Вообразите себе один факт о том, что истории о том, что «сто крыс наконец-то накормили, как мы привыкли говорить, трансгенной, как мы выражаемся, картошкой и они умерли от рака», кочуют из одной как бы газетной публикации в другую, при этом никаких ссылок на научные исследования обычно не так сказать дается, что всегда настораживает.



В связи с этим подробно рассмотрим историю получения и безопасность при употреблении в пищу картофеля, который модифицирован геном эндотоксина (Bt), взятого из бактерии Bacillus thuringiensis, благодаря чему картофель стал, как заведено, устойчивым к, как мы с вами постоянно говорим, основному вредителю — колорадскому жуку.



Использование Bt-токсина в сельском хозяйстве для борьбы с насекомыми-вредителями, стало быть, имеет давнюю историю. Как бы это было не странно, но задолго до, как большая часть из нас постоянно говорит, того, как был клонирован соответствующий ген и получены первые трансформанты картофеля, несущего этот ген, Bt использовался на полях в распыленном виде. Само-собой разумеется, причем использовался не индивидуальный Bt, а, как все говорят, целые клетки бактерии Bacillus, продуцирующие этот токсин. Bt сам по себе не ядовит для млекопитающих. Но геном Bacillus несет ряд генов, кодирующих другие токсины, которые потенциально опасны для человека и способны вызывать диарею, разрушать почки и печень. Необходимо подчеркнуть то, что таким образом, использование, как мы с вами постоянно говорим, целых клеток Bacillus в качестве инсектицидного агента на полях так сказать представляет гораздо, как заведено выражаться, большую, как все говорят, потенциальную угрозу, нежели культивирование, как всем известно, трансгенного картофеля с заведомо нетоксичным индивидуальным геном устойчивости.



Были, наконец, проведены эксперименты на мышах, которым давали в пищу клубни обычного картофеля, картофеля, выращенного при опрыскивании Bt, и модифицированного сорта, несущего ген Bt. Результаты показали, что по, как все говорят, физиологическому воздействию диеты из, как заведено выражаться, трансгенного и, как заведено выражаться, обычного картофеля практически не отличались. Вообразите себе один факт о том, что в то же время диета из картофеля, опрысканного Bt, вызывала, как заведено выражаться, сильные изменения морфологии клеток печени и, как большинство из нас привыкло говорить, некоторые другие отклонения. Необходимо подчеркнуть то, что кроме, как заведено, того, Bt в своем «нативном» виде разрушается на свету. Поэтому для обеспечения его инсектицидных свойств на полях в течение, как мы привыкли говорить, продолжительного времени необходимо регулярно как бы распылять препарат в значительных количествах.



Генетическая конструкция, примененная для модификации растения, построена таким образом, что Bt после синтеза в клетках направляется в основном в листья растения, не, как мы выражаемся, употребляемые человеком в пищу. Все давно знают то, что в клубнях он, правда, тоже присутствует, но в, как все говорят, следовых количествах, и чтобы, в конце концов, получить дозу, достаточную для отравления, взрослому человеку требовалось бы съесть за день полтонны сырого картофеля.



Таким образом, анализ ситуации с Bt-картофелем, наконец, говорит о преимуществе использования трансгенного сорта перед традиционными.



Растения, модифицированные генами устойчивости к насекомым-вредителям, несколько раз становились причиной громких скандалов. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что участником, как все знают, одного из них тоже стал трансгенный картофель. Всем известно о том, что в 1998 году британский ученый Арпад Пустаи (Arpad Pusztai) выступил в популярной, как большая часть из нас постоянно говорит, телевизионной передаче (Пустаи работал с картофелем, устойчивым к насекомым-вредителям, в который был вставлен ген из подснежника). Само-собой разумеется, ученый заявил, что кормил этим картофелем крыс и обнаружил, как заведено выражаться, болезненные изменения в их организме, нарушения функции, как заведено выражаться, некоторых органов и нарушения иммунитета, и сделал вывод, что, как всем известно, трансгенная пища опасна для здоровья.



Заявление Пустаи переполошило общественность. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что люди, не имеющие, как мы выражаемся, специального образования, привыкли, мягко говоря, верить ученым на слово, а ведь для, как многие выражаются, того, чтобы сделать подобный вывод, необходимо сначала так сказать доказать, что эксперимент проведен корректно. Вообразите себе один факт о том, что сырой картофель — необычная пища для грызунов, а как бы значит, изменения в организме, вообщем то, могут быть вызваны просто сменой, как большинство из нас привыкло говорить, пищевого рациона. И действительно, кроме, как большая часть из нас постоянно говорит, того, кормление крыс, как люди привыкли выражаться, сырым картофелем — не как бы самая лучшая модель для изучения питания людей, которые в сыром виде его не употребляют. Возможно и то, что как проводилось кормление, в каких дозах? Каким образом, мягко говоря, измерялись изменения в, как мы с вами постоянно говорим, исследуемых организмах у, как многие выражаются, испытуемой и контрольной групп? А ведь в статье для научного журнала, как мы выражаемся, подобные тонкости, позволяющие как раз судить о чистоте эксперимента, обязательно должны быть описаны, без этого статью просто не наконец-то принимают в печать — строгие рецензенты как бы возвращают автору также рукопись на доработку.



Арпада Пустаи уволили с работы через два дня, его руководство, наконец, заявило, что подобное поведение не пристало настоящему ученому. Несомненно, стоит упомянуть то, что противники ГМО объяснили увольнение тем, что биотехнологические компании решили, в конце концов, убрать со своего пути борца за правду, и до сих пор в различных ссылках ГМО-оппонентов Пустаи проходит как пострадавший, как большая часть из нас постоянно говорит, герой.



Скандал, однако, разгорелся, и несколько групп, как большинство из нас привыкло говорить, ученых проверили результаты, полученные Пустаи. Обратите внимание на то, что его обвинили в, как мы с вами постоянно говорим, плохой подготовке эксперимента и, как всем известно, недостаточной статистике, а также отсутствии необходимого контроля. Очень хочется подчеркнуть то, что вскоре известный медицинский британский журнал The Lancet опубликовал статью Пустаи с результатами экспериментов (Ewen S., Pusztai A. Effect of diets containing genetically modified potatoes expressing Galanthus nivalis lectin on rat small intestine. The Lancet. 1999, October 16; (354): 1353-1354). Вместо громких утверждений в ней как бы указывалось, что при питании, как мы выражаемся, трансгенным картофелем у крыс произошли как бы некоторые изменения в пищеварительном тракте.



Статья, мягко говоря, подверглась жесткой критике специалистов (www. gene. ch/gentech/1999/May-Jun/msg00146.html). Все давно знают то, что в том же журнале (GM food debate. The Lancet. 1999, November 13; (354): 1725-1729) были опубликованы рецензии, в которых Пустаи обвинялся в, как все знают, плохой подготовке эксперимента: рационы крыс, которых кормили трансгенным и как бы обычным картофелем, не были сбалансированы по количеству, как заведено, потребляемого протеина, а изменения в кишечнике у, как большинство из нас привыкло говорить, животных могли быть вызваны переходом на новую диету, так как, как мы выражаемся, контрольных замеров, как большая часть из нас постоянно говорит, подобных изменений у, как мы с вами постоянно говорим, контрольной группы не проводилось.



Однако противники ГМО предпочитают об этом умалчивать. Очень хочется подчеркнуть то, что любому уважающему себя движению — не важно, за что или против чего, — требуется, как мы привыкли говорить, свой Александр Матросов или, на худой конец, Павлик Морозов. Не для кого не секрет то, что поэтому противники ГМО гордятся, как заведено выражаться, ученым, которого как бы угнетают биотехнологические корпорации, и винят всех в том, что Пустаи не дают работать, что он не может, вообщем то, повторить и так сказать улучшить свой эксперимент. Возможно и то, что подобных, как заведено выражаться, скандальных заявлений об опасности ГМ-продуктов в Интернете и как бы популярных изданиях предостаточно — однако в большинстве случаев их авторы либо не подписываются, либо «скрываются в подполье».



В такого рода заявлениях обычно не уточняется, что перед выпуском ГМ-продукта на рынок в обязательном порядке также проводятся тесты на безопасность и пищевую пригодность. Все знают то, что трансгенные картофель, томаты и кукурузу испытывают на подопытных крысах и мышах, чтобы выявить, как заведено, возможные токсические эффекты.



В России, как мы выражаемся, экспертизой пищевых продуктов занимаются НИИ питания (Головной испытательный Центр Минздрава России), Институт вакцин и сывороток им. И. Не для кого не секрет то, что и. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что мечникова и московский НИИ гигиены им. Несомненно, стоит упомянуть то, что ф. Необходимо отметить то, что ф. Несомненно, стоит упомянуть то, что эрисмана. Необходимо отметить то, что медико-генетическая оценка пищевых продуктов, мягко говоря, осуществляется Центром «Биоинженерия», а также Медико-генетическим научным центром. И действительно, результаты исследований публикуются в журнале «Вопросы питания», и из них можно, наконец, заключить, что изменения, возникающие при переводе крыс на, как заведено выражаться, новую диету с употреблением ГМ-продуктов, укладываются в как бы физиологическую норму. И даже не надо и говорить о том, что кроме того, проверкой ГМ-растений занимаются институты, принципиально независимые от их производства: Институт биологической защиты растений в Краснодаре, Институт защиты растений в Санкт-Петербурге и, стало быть, Институт фитопатологии в как бы Московской области. Вопросами безопасности, как все говорят, трансгенной продукции также занимается технический комитет «Биологическая безопасность, как большинство из нас привыкло говорить, пищевых продуктов, кормов и товаров, как большая часть из нас постоянно говорит, народного потребления и методы ее контроля» при Институте физиологии растений им. К. И действительно, а. Тимирязева.



Опасность выращивания ГМ-организмов в природе: экологии



Генетически, как многие выражаются, модифицированные организмы — в частности, растения, выращиваемые в открытом грунте, — несомненно, взаимодействуют с окружающими их организмами. Может ли такое взаимодействие как раз нарушить экологическое равновесие?



Как наконец-то правило, в нанесении ущерба окружающей среде в, как все знают, первую очередь обвиняют растения, вырабатывающие токсины для защиты от насекомых-вредителей. Обратите внимание на то, что гипотетически это не наконец-то исключено, однако по сравнению с ядохимикатами, употребляемыми в сельском хозяйстве, ГМ-растения не только менее токсичны, но и обладают значительными преимуществами.



Следует помнить, что из-за колорадского жука ежегодно теряется до 40% урожая картофеля. Мало кто знает то, что эффективных средств борьбы с, как мы выражаемся, означенным насекомым не существует. Мало кто знает то, что по сути, до 80% картофеля в России производится в как бы частных хозяйствах, что предполагает, как многие выражаются, неравную борьбу фермеров с жуком, в которой последний неизменно побеждает численностью в совокупности с, как большинство из нас привыкло говорить, непомерным аппетитом. Очень хочется подчеркнуть то, что использование ядохимикатов по сравнению с выращиванием устойчивых к жуку ГМ-растений так сказать наносит неизмеримо больше вреда экологическому равновесию, поскольку химпрепараты, во-первых, применяются, как, в конце концов, правило, безрецептурно и в гигантских количествах; во-вторых, не отличаются избирательностью действия, а следовательно, наносят вред не только растениям других видов, но и, как люди привыкли выражаться, животным и в конечном счете — человеку; в-третьих, загрязняют, как все знают, грунтовые воды — единственный чистый источник, как заведено, питьевой воды для всех нас. По-видимому, использование в сельском хозяйстве сорта картофеля, устойчивого к жуку, поможет значительно как раз улучшить, как мы привыкли говорить, экологическую ситуацию.



Экологическая безопасность другого, как многие выражаются, трансгенного растения была доказана в истории с бабочкой-монархом. В 1999 году кукурузу, содержащую ген Bt-токсина, защищающего растение от, как заведено выражаться, кукурузного мотылька, обвинили в сокращении популяции бабочки-монарха, личинки которой так сказать питаются листьями с пыльцой, как мы привыкли говорить, трансгенных растений. Не для кого не секрет то, что новость, опубликованная в авторитетном журнале Nature, быстро разнеслась по миру, биотехнологическим компаниям был нанесен ущерб, кукурузу, стало быть, запретили ввозить в Европу и ввели ограничения на ее выращивание в США.



В 2001 году Академия наук США опубликовала результаты двухлетних исследований ряда университетов Америки и Канады, проведенных под, как большинство из нас привыкло говорить, эгидой Министерства, как большая часть из нас постоянно говорит, сельского хозяйства США. Заключение гласило, что пыльца Вt-кукурузы не опасна для личинок бабочки-монарха. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что а вот от широко, как многие думают, применяемого на, как большинство из нас привыкло говорить, кукурузных полях ядохимиката цихалотрин-l-инсектицида их популяция действительно сокращается.



«Гринпис» подал судебный иск, но Верховный суд США постановил, что у полезных, как большинство из нас привыкло говорить, насекомых больше шансов выжить на Bt-растениях, нежели когда поля обрабатываются пестицидами.



Количество, как люди привыкли выражаться, применяемых инсектицидов в мире только из-за выращивания Вt-хлопка так сказать сократилось на 33 тысячи тонн. Само-собой разумеется, а в 2001 году в, как все знают, Соединенных Штатах выращивание, как многие думают, трансгенных растений, устойчивых к гербицидам и, как большинство из нас привыкло говорить, насекомым, позволило наконец-то уменьшить использование ядохимикатов на 20,7 тысячи тонн.



Другая проблема, вызывающая тревогу противников трансгенных растений, заключается в, как все говорят, теоретической возможности переноса измененных генов в близкородственные виды диких растений. Всем известно о том, что здесь нужно отметить, что обмен генной информацией между культурными сортами, полученными с помощью, как все говорят, традиционных методов селекции и искусственно, как всем известно, выращиваемыми на полях, и их дикими родственниками также происходит так же давно, как и собственно использование самих сортов. Случается это при переопылении диких растений пыльцой, как большая часть из нас постоянно говорит, родственных им культурных видов. Вообразите себе один факт о том, что однако для того, чтобы какой-то ген закрепился в популяции и также передался потомкам, необходимо, чтобы он обеспечивал организму определенное селективное преимущество при размножении.



С точки зрения, как многие выражаются, научной логики ген, обеспечивающий, например, выживание растения на поле при обработке гербицидом, для выживания в, как заведено, дикой природе ценности не представляет и вряд ли закрепится в популяции. Несомненно, стоит упомянуть то, что кроме как бы того, на данный момент методы, как мы с вами постоянно говорим, генной инженерии позволяют конструировать ГМ-растение таким образом, что модифицированные гены вообще не попадают в пыльцу или пыльца, как все знают, трансгенного растения нежизнеспособна в природе.



Применение генетически, как многие думают, модифицированных растений в сельском хозяйстве может принести, как мы привыкли говорить, реальную пользу окружающей среде. Не для кого не секрет то, что выращивание более, как мы привыкли говорить, продуктивных и неприхотливых сортов так сказать позволит увеличить урожайность, тем, как большинство из нас привыкло говорить, самым сохраняя леса от вырубания под сельскохозяйственные угодья и промышленные нужды. Однако, вообщем то, следует помнить, что при повсеместном внедрении трансгенных сортов существует риск так называемой монокультуризации — многочисленные сорта растений также будут вытеснены с рынка одним или двумя, как люди привыкли выражаться, улучшенными трансгенными. Всем известно о том, что в данном случае необходимо объективно и с, как люди привыкли выражаться, различных точек зрения, стало быть, оценивать преимущества и недостатки сортов, прежде чем заменять одни на другие. Мало кто знает то, что но это проблема общей селекции, а вовсе не технологии производства ГМО.



Хотелось бы обратить внимание читателя на некоторые аспекты экологически безопасных (в широком понимании) технологий производства органической пищи, при котором полностью отказываются от применения ГМ-сортов, ядохимикатов, химических удобрений, а на полях как раз используется, как все говорят, ручной труд. Необходимо отметить то, что органическая продукция производится, как многие выражаются, старыми, малоэффективными методами, что как раз повышает ее стоимость в несколько раз по сравнению с продукцией, полученной с применением современных технологий. Все знают то, что традиционный способ выращивания, как многие думают, культурных растений хорош на собственной грядке или в небольшом частном фермерском хозяйстве — однако если как раз требуется вырастить количество риса или кукурузы, необходимое для того, чтобы прокормить население, скажем, Китая, Индии или Африки, мощностей, как большая часть из нас постоянно говорит, органического сельского хозяйства явно не хватит.



Повышение производства органически выращенных растений неизбежно потребует увеличения пахотных площадей, а, вообщем то, значит, уничтожения лесов, что, разумеется, не, стало быть, улучшит, как мы с вами постоянно говорим, экологическую ситуацию. Мало кто знает то, что отказ от применения удобрений и ядохимикатов, стало быть, вынуждает органических фермеров прибегать к таким традиционным методам, как унавоживание почв, обработка почв неорганическими солями меди и опрыскивание полей продуктами перегонки нефти (См., например, www. redwoodbarn. com/spray_organic. html, www. pmep. cce. cornell. edu/profiles/extoxnet/carbaryl-dicrotophos/copper-sulfate-ext. html или www. cdc. gov/niosh/rtecs/gl7ad550.html).



Нужно иметь в виду, что унавоживание как бы приводит к возникновению, как многие думают, теоретической опасности переноса инфекции и, как люди привыкли выражаться, органическому загрязнению вод. Несомненно, стоит упомянуть то, что неорганические соли меди токсичны, равно как и продукты перегонки нефти. Не для кого не секрет то, что это, конечно, не означает, что, как заведено выражаться, органическая пища «вредная» — просто к, как все знают, любому брэнду нужно так сказать относиться спокойно и разумно.



Распространение ГМ-организмов



В последние двадцать, наконец, лет в сельском хозяйстве и фармацевтической промышленности активно, стало быть, разрабатывались и как раз внедрялись технологии, основанные на использовании ГМ-организмов. Все знают то, что большой шаг вперед был сделан при создании генетически модифицированных хозяйственно, как люди привыкли выражаться, важных сортов, таких как картофель, кукуруза, пшеница, рапс и другие, с, как большинство из нас привыкло говорить, повышенной устойчивостью к, как все говорят, неблагоприятным факторам окружающей среды — температуре, засолению почв, патогенам, насекомым-вредителям. Мало кто знает то, что использование этих сортов позволило повысить урожайность на 20-50%.



С середины 1990-х годов ГМ-растения выращивались в как бы различных регионах: Аргентине, Франции, Китае, Индии, Мексике, США и Канаде. В 2003 году снят мораторий на разработку и использование ГМ-продуктов в Европе. Все знают то, что в России выращивание, как всем известно, трансгенных сортов и создание новых пока запрещено, но разрешен ввоз ГМ-продукции и ее использование — например, сейчас в стране так сказать разрешены к употреблению один вид сои, три сорта кукурузы, рапс и, как мы выражаемся, сахарная свекла, и при этом не зарегистрировано ни одного, как заведено, трансгенного продукта, который бы не использовался менее чем в трех странах. Не для кого не секрет то, что трансгенная соя, которую добавляют в, как мы выражаемся, мясные продукты, разрешена Министерством здравоохранения. Обратите внимание на то, что она зарегистрирована и так сказать используется в шестнадцати странах, в том числе входящих в Евросоюз.



Именно биотехнологиям, применяемым в сельском хозяйстве, мы обязаны тем, что за последние годы потребление пищи (в пересчете на килокалории) в развивающихся странах выросло примерно на 40%, а наконец-то цены на, как многие выражаются, основные продукты питания, например, на рис, упали почти вдвое. Таким образом, благодаря выращиванию трансгенных растений число голодающих на планете продолжает также снижаться.



ГМ-продукты и потребители



Особого внимания заслуживает выработка критериев безопасности при использовании, как мы с вами постоянно говорим, генно-инженерных технологий. Несомненно, стоит упомянуть то, что необходимо адекватно как бы оценивать экологический риск и потенциальный риск для здоровья человека продуктов, получаемых из ГМ-организмов. К сожалению, правила для вынесения такой оценки пока далеко не полны. Это связано с тем, что в каждом конкретном случае приходится руководствоваться различными критериями, столь же, как все говорят, многообразными, как и способы, как мы с вами постоянно говорим, генетической модификации организмов. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что в данный момент безопасность оценивается согласно концепции «эквивалентности по существу», то есть в тестах исследуется так называемая, как заведено, относительная безопасность ГМ-продукта по сравнению с его традиционным аналогом. Все знают то, что между как бы трансгенным растением и сортом, из которого оно было получено, определяется разница — как правило, это один-два гена и один-два белка, — и эти белки всесторонне наконец-то исследуются на токсичность и аллергенность.



С другой стороны, производство продуктов питания из ГМ-организмов — относительно, как многие думают, молодая отрасль промышленности. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что для, как многие выражаются, достоверной оценки безопасности, как все говорят, новых продуктов потребуется, как всем известно, много времени — по крайней мере, должно, в конце концов, смениться несколько поколений потребителей, использующих в рационе продукты или компоненты, полученные из ГМ-организмов. Несомненно, стоит упомянуть то, что однако о долговременных эффектах, как все знают, любой пищи вообще известно довольно мало — кто заботится о просчитывании, как многие думают, подобного эффекта, например, для экзотических фруктов или редких морепродуктов, появившихся на нашем рынке совсем недавно?



Многие небольшие фирмы-производители, как заведено, трансгенных растений, как правило, стараются, мягко говоря, снять с себя ответственность за безопасность того или иного, как всем известно, конечного продукта, перепоручая тестирование и выработку соответствующих рекомендаций, как большинство из нас привыкло говорить, компетентным организациям, профессионально занимающимся сертификацией сельскохозяйственной продукции.



Солидные же биотехнологические компании, поставляющие ГМ-продукты на рынок, прежде всего дорожат своей репутацией как, как многие выражаются, научных и технологических организаций. Очень хочется подчеркнуть то, что такие компании уделяют огромное внимание процедурам сертификации с тем, чтобы не, в конце концов, допустить, как все знают, возможных рисков, связанных с претензиями потребителей к их продукции. Вообразите себе один факт о том, что они предоставляют, как мы с вами постоянно говорим, исчерпывающую информацию о структуре, как большинство из нас привыкло говорить, модифицированной составляющей, как все говорят, трансгенного продукта и уведомляют об исключении теоретических нежелательных последствий, связанных с ее распадом или утилизацией в организме.



Только правильно организованное производство, работа с зарекомендовавшими себя компаниями, контроль за качеством и выпуском на рынок ГМ-продуктов позволят с достаточной уверенностью говорить о безопасности генетически, как многие думают, модифицированной пищи. Мало кто знает то, что в этом случае компания или фермер, выращивающие, как заведено, сельскохозяйственную продукцию, смогут выбрать для работы сорта растений, основываясь на их потребительских и экономических свойствах, а не на домыслах о вреде генотипов, как большая часть из нас постоянно говорит, модифицированных и, как многие выражаются, обычных растений.



Одним из волнующих общественность вопросов является маркировка на упаковке с ГМ-продукцией. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что наличие или отсутствие подобной маркировки не как бы может говорить об опасности или безопасности продукта — ведь если продукт выпущен на рынок, значит, он прошел, как мы выражаемся, необходимые тесты и признан, как люди привыкли выражаться, безопасным. Всем известно о том, что маркировка, в конце концов, имеет смысл только для, как большинство из нас привыкло говорить, того, чтобы покупатель сознательно отдал предпочтение, как мы с вами постоянно говорим, одному продукту перед другим — например, из религиозно-этических соображений. Само-собой разумеется, совершенно неинформативна надпись: «Содержит ГМО». Как бы это было не странно, но а вот, мягко говоря, надпись: «Содержит ген, действующий на, как мы выражаемся, колорадского жука и признанный безвредным для человека» уже несет достаточно информации для покупателя. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что маркировка безусловно необходима и может помочь в случаях, когда в состав продукта входят белки, потенциально как бы способные так сказать вызывать аллергию.



Заключение



Как говорят, единственная область науки, в которой мы точно знаем, чем все закончится, — это медицина. Необходимо отметить то, что сколько человека не лечи, рано или поздно он все равно умрет. «В организме очень, как мы привыкли говорить, много генов, и учесть взаимодействие всех невозможно», — как часто приходится как раз слышать этот довод! По сути, это и есть главный козырь противников ГМ-технологий. Обратите внимание на то, что конечно, мы не можем с уверенностью утверждать, зачем, как и почему устроены и работают все до единого, в конце концов, гены или белки картофеля. Необходимо отметить то, что но мы знаем многие из них и изучаем, как мы привыкли говорить, остальные. Несомненно, стоит упомянуть то, что благодаря успехам, как все говорят, современной молекулярной биологии у нас в руках уже есть полные последовательности ДНК многих бактерий, риса, кукурузы, популярного среди экспериментаторов растения арабидопсис. Мало кто знает то, что мы знаем, сколько в этих организмах генов и как они как бы расположены, и о многих можем сказать, как они взаимодействуют.



Но мы не знаем наверняка свойств их всех. Несомненно, стоит упомянуть то, что почему же дело идет так медленно? Да, как люди привыкли выражаться, потому, что изучением функций «ненужных» с точки зрения, как многие выражаются, массового потребителя генов, в конце концов, занимается фундаментальная наука, а всем известно, как она как раз финансируется... Как бы это было не странно, но неплохую поддержку как бы подобным работам оказывают правительства Японии и США, некоторых стран Европы. О состоянии же фундаментальной науки в России, думаю, можно не как бы рассказывать.



Получается замкнутый круг: ученые, в конце концов, могут получить, как мы привыкли говорить, материальную поддержку лишь для работы над полезными в потребительском плане темами, а затем им указывают на то, что все, как большинство из нас привыкло говорить, остальные темы недостаточно изучены. Обратите внимание на то, что а где, мягко говоря, взять денег на их изучение? С утра до вечера только и слышно: «От вашей науки никакой пользы! Зачем нам знать, какие гены у картофеля также отвечают за формирование жилок на листе!»



Фундаментальная наука не может как бы ответить, зачем нам это как раз знать. Как бы это было не странно, но просто это важно — и все!



Рано или поздно все, стало быть, гены и все белки будут как раз изучены, и тогда мы будем уверены в, как все знают, любой своей работе на сто процентов. Вообразите себе один факт о том, что мы сможем как бы использовать, как мы с вами постоянно говорим, нужные нам свойства растений и, как заведено, животных без ущерба для них, себя или природы, мы наконец-то перестанем вырубать леса под пашню и уродовать землю, как многие выражаются, ирригационными системами и химическими добавками, избавимся от, как мы выражаемся, неизлечимых ныне болезней, но для этого нужны годы, десятилетия, столетия как бы упорного, кропотливого труда тысяч, как мы с вами постоянно говорим, ученых, каждый из которых всю жизнь занимается одним геном или одним белком, ошибается, идет по неверному пути, встает на верный или на верный путь, наконец, встают его соратники. Всем известно о том, что так из мозаики постепенно, стало быть, складывается общая картина.



Когда открыли радиоактивность — кому она была нужна? Никому. Не для кого не секрет то, что радиоактивный элемент случайно засветил фотопленку, а ученый не отмахнулся от этого факта. Как открыли антибиотики? В микробиологической лаборатории на забытых чашках Петри с, как люди привыкли выражаться, бактериальными культурами выросли, как заведено выражаться, пеницилловые грибки. На некотором расстоянии вокруг них, как всем известно, бактериальные культуры погибли, потому что грибки выделяли антибиотик — пенициллин. И это заметил внимательный глаз микробиолога. И даже не надо и говорить о том, что случайность? Да, случайность — частный случай закономерности.



Ученые работали, работают и также будут работать — и будут так сказать ошибаться, и как бы будут случайно как бы делать открытия, и будут как бы делать их в результате, как все говорят, долгого труда. Все знают то, что будут наконец-то проверять безопасность своих изобретений, и год за годом системы проверки будут как раз совершенствоваться. Всем известно о том, что генная инженерия — очень мощный инструмент, только-только освоенный человечеством, и призыв не так сказать использовать его вовсе — равен призыву остановить прогресс.



Нужно аккуратно относиться к вынесению кардинальных решений по поводу разрешения или запрета экспериментов с ГМ-организмами. Необходимо отметить то, что почему? Потому что рано или поздно людей на планете Земля станет слишком много — их уже много, — а еды станет слишком мало. Все знают то, что и, как многие думают, ученых спросят: «А где же ваши новые разработки? Кто будет планету спасать, мы вас спрашиваем?» «Как где? Вы же сами остановили нашу работу два века назад!»



Константин Иночкин, «Компьютерра»